Индивидумом рождаются, Личностью становятся, Индивидуальность отставивают.
  • Печать
  • Сохранить

Tags: 2010, Текст, Образование, психология, школьная психология, газета, статья

Хедхантинг всей страны


В конце XX века зародилась профессия, эффектно именуемая «хедхантинг» - «охота за головами». Агентства по подбору персонала самого высшего уровня, «охотящиеся за звездами», становятся все более востребованы и в России, и на Западе. Появление хедхантинга как особой технологии поиска кадров, сулящих принести успех компании, − симптом нашего времени.
«Охота за головами» практиковалась на протяжении всей человеческой истории. В разных странах порой соперничали две конкурирующие стратегии − «охота за вещами» и «охота за умами». В период завершения Второй мировой войны в Россию из Германии вывозились целые технологические линии производства, например, знаменитой цейсовской оптики. В то же самое время американская миссия Даллеса охотилась на еще занятых нацистами территориях за интеллектуалами − инженерами, физиками, математиками, в том числе за изобретателем ракетной техники Вернером фон Брауном. Так сталкивались стратегии вывоза «знаменитых вещей» и «знаменитых людей». Соперничество между этими стратегиями продолжается и по сей день. 

Хедхандинг – лишь один из примеров того, что «охота за умами», доведенная до уровня технологии, претендует на роль первой скрипки в марафоне цивилизации. Более внушительный пример - перечень эпитетов, которыми мы снабжаем нашу жизнь: «постиндустриальное общество», «информационная эра» и сравнительно новое - «сетевое столетие». Экономику наших дней мы зовем «экономикой знаний», «интеллектуальной экономикой», «креативной экономикой», «инновационной экономикой». О сдвиге ценностных установок общества говорит рост числа наук, предметом изучения которых становится «мышление», «креативность». 

За всеми новыми именами и знаками эпохи наглядно проступает понимание «знания» как движущего фактора эволюции. Знания не столько индивидуального, сколько всеобщего. Речь уже идет уже не об евгенике человека, а об евгенике человечества.

Вглядываясь в современных детей - поколение информационных акселератов, можно предположить, что встреча с иными формами разума ожидает нас не где-то во внеземном пространстве на других планетах, а в нашем с вами собственном стремительно изменяющемся мире.

5 ноября 2008 года в послании Федеральному Собранию президент РФ Дмитрий Медведев поставил политическую задачу «охоты за головами», проведения хедхантинга в России и за рубежом. «Интеллектуальная энергия, творческая сила конкретных людей − это главное богатство нации и основной ресурс прогрессивного развития. Нам нужно организовать масштабный и системный поиск талантов и в России и за рубежом, ввести «охоту за головами», - заявил глава государства. Исполнение подобной стратегии не может не повлечь за собой социальные изменения и появление социальных сил, заинтересованных в инновациях.

Яркий пример кристаллизации таких сил в обществе - появление в ряде стран Средневековой Европы, прежде всего во Флоренции, интеллигенции как особой социальной группы, объединившей представителей ранее не связанных профессий (инженеров, скульпторов, педагогов, просвещенных политических лидеров). Именно интеллигенция сыграла конструктивную роль в появлении эпохи Возрождения. В России этой силой может стать общность интеллектуалов, ведущей мотивацией которых будет мотивация к инновациям. От инновационного поведения этих людей во многом будет зависеть качество их жизни и жизни всей страны. 

Предложение объявить целенаправленную «охоту за талантами» для России не имеет ничего общего с образовательными программами, которые реализовывались в последние 20 лет. И не дай бог при осуществлении этой инициативы начать суету вокруг одаренности в стиле шоу «Алло, мы ищем таланты». 

Уже сама постановка задачи «охоты за головами» в качестве национального приоритета страны предъявляет особые требования и ко всей системе образования, и к экономике России. Решение этой задачи затрагивает всю цепочку жизненного цикла общества: и семью, и культуру, и школу, и вуз, и науку и промышленность, и бизнес, и управление. Но ключевое звено, с которого следует начать превращение общества в инновационное, - образование, и, прежде всего, школа – «Наша новая школа».
                                                                                                                         ***
Отношение школы к одаренным детям и к детям с трудностями развития, − лакмусовая бумажка готовности системы образования к переменам. Если образование идет по пути усреднения (учебных программ, образовательных учреждений, учебников), то на одаренных детей такая система реагирует в лучшем случае как на исключение, отклонение от нормы. В худшем случае одаренность воспринимается как патология, угрожающая жизни школы.
Сегодня, вместо привычного вопроса о готовности ребенка к школе или детскому саду встает вопрос о готовности школы к встрече с неординарными детьми? Готовы ли детские сады к встрече с «умной толпой» дерзких дошкольников? С поколениями интеллектуальных акселератов, способных гораздо лучше, чем многие взрослые, «жить» в Интернете и в мире «умных» мобильных телефонов? Готовы ли вузы к развитию победителей олимпиад, а не только к их отбору? Готовы ли научно-исследовательские институты создать программу интеллектуального роста учителей, осознав, что одаренный ученик начинается с одаренного учителя? Готовы ли промышленность и бизнес принять выпускников вузов так, чтобы не погасить мотивацию будущих жителей креативных городов к инновационному поведению? 

Подобно тому, как космонавтов готовят к поведению при перегрузках во время ускорения космического корабля, школу нужно подготовить к встрече с рисками ускоренного личностного и интеллектуального роста детей. Сейчас она к этому еще не готова. Лишь в немногих школах делают ставку на вариативность образования, поддерживающую интеллектуальное, культурное и личностное разнообразие детей. 

Однако если школа, учитывающая индивидуальные темпы развития ребенка, пытается по крайней мере увидеть проблемы неординарных детей, то в вузах ситуация общения с этими детьми обстоит гораздо сложнее. При поступлении в высшие учебные заведения одаренные дети нередко утрачивают тот интеллектуальный потенциал, который они приобрели в жизни и в школе. Для них сбывается пророчество, прозвучавшее в песне Владимира Высоцкого: «Он на десять тысяч рванул, как на пятьсот, и спекся». Как это ни парадоксально, но нередко именно в вузах действует прописанный Мизаилом Булгаковым в «Мастере и Маргарите» рецепт угасания одаренности:
«… Не пропустить никого…
Все, что угодно, но только не невнимание. 
От этого они захиреют…»
От социального и педагогического невнимания, от равнодушия в школе, вузе и обществе гаснут будущие мастера в булгаковском смысле слова. Так, победители интеллектуальных соревнований порой утрачивают свой дар к познанию и творчеству, придя в вузы. В итоге с ними происходит метаморфоза, прямо противоположная судьбе Гадкого утенка из сказки Г.-Х. Андерсена: превратившись на школьном дворе из гадких утят в прекрасных лебедей, они на студенческом дворе вновь оказываются гадкими утятами, расплачиваются личностными трагедиями за свою интеллектуальную акселерацию. 

Особенно сильно подобные драмы могут ударить по одаренным детям, жизненный путь которых превращается в «узкоколейку» профильного обучения в старших классах школы. Профильное обучение создает условия для развития главным образом специальных способностей, специальной одаренности, сокращая количество вариантов развития личности ребенка.

Универсальное образование, расширяет диапазон выбора деятельностей учащихся за счет формирования их общей одаренности. Это гарант приобретения профессиональной и социальной мобильности личности на протяжении всего жизненного пути. Кроме того, универсальное образование не ставит перед абитуриентами жесткий выбор между «физиками» и «лириками», «технарями» и «гуманитариями». 

Не меньшей опасностью на пути развития поколения интеллектуальных детей и молодежи является разобщенность профессиональных интересов школьного, вузовского, научного сообществ и сообщества представителей бизнеса. Именно эта разобщенность затрудняет процесс создания непрерывного инновационного цикла в жизни страны. Так, например, для образовательного сообщества есть один вариант развития одаренности: царскосельский лицей. Представители вузовской общественности и науки апеллируют к другому варианту - к опыту наукоградов, академгородков и даже «шарашек», где складывались научные школы и разрабатывались опережающие время инновационные технологии. В таких научных школах («капичниках» Петра Леонидовича Капицы, «павловских средах» Ивана Петровича Павлова) возникали «лаборатории жизни», где в насыщенной креативной среде «люди вспыхивали» талантом, обретали желание и возможность талантливо жить! Представители же бизнес-элиты и политической элиты видят образцом для создания «инновационного чуда» еще одну реальность − опыт силиконовой долины и т.п.

Из-за этой разобщенности профессиональных сообществ порой не найти связующих нитей между школой и научной школой, школой и инновационной экономикой. Только преодолев ее, можно решить задачу по созданию национальной программы «охоты за головами», объединенной единым вектором движения − от интеллектуального потенциала школы к инновационному потенциалу общества. Тогда есть шанс, что уже на наших глазах в России появится поколение граждан, ведущей мотивацией которых станет мотивация к инновациям. 

Программа поиска и поддержки детей и молодежи, мотивированных к познанию и творчеству, - это программа надежды. Она должна основываться на диагностике развития детей, а не на диагностике отбора. Программа призвана поддерживать в детях надежду на успех и веру в свои способности. С ее воплощением появится и реальная надежда. Надежда на то, что уже в ближайшем будущем народится поколение детей, несущих культуру достоинства, а не поколение, которое выбирает «пепси».
Источник
http://www.newizv.ru/blog/author/3/

НАВЕРХ